Мои тайны — как тени в полночном саду,
Их не счесть, не открыть, не измерить.
Я с собой их в могилу, быть может, сведу,
Самому не желая в них верить.

Пусть покроет их вечный и призрачный сон,
Словно пыль на забытых страницах.
Мир — лишь эхо, что вышло из древних времен,
И умолкло на наших границах.

Сколько их? Словно звёзд в тишине роковой,
Что мерцают над бездной немою.
Каждый вздох, каждый стон, каждый помысел мой
Скрыты плотной, глухой пеленою.

Не пытайся прочесть, что на сердце лежит,
Там замок и печать вековая.
Только ветер порой надо мной задрожит,
Тайный след моих дум задевая.

Пусть шторм шумит и пенится порой,
Вскипает бездна, берег сокрушая.
Но там, внизу, под тёмною водой,
Царит покой, границ своих не зная.

Так и душа: когда вокруг гроза,
И злые ветры бьют её нещадно,
Она хранит, закрыв свои глаза,
Свой тихий мир, глубокий и отрадный.

Под сводами небесной чистоты,
Что скрыты в нас за внешним колыханьем,
Среди тревог и вечной суеты
Мы живы лишь незримым упованьем.

Ах, как люблю я стуки каблуков,
Когда они звучат по мостовой!
В них слышен бег весенних облаков
И чей-то голос, нежный и живой.

Торопится красавица на бал,
А может ловит взгляды на пути —
Я этот звук повсюду узнавал,
За ним готов я край земли пройти.

В нём ритм надежд и радости задор,
Он будит сердце в утренней тиши.
Ведёт со мною тайный разговор
О красоте пленительной души.

Я тебя узнал в толпе случайной
По глазам, что помнил столько лет.
Окружённых старой, доброй тайной,
В них горит всё тот же яркий свет.

Я тебя узнал по тихой речи,
По движенью девичьей руки.
Словно не было и этой встречи,
Мы с тобой давно уж не близки.

В этом мире, суетном и ложном,
Где стирает время все черты,
Я узнал тебя в толпе безбожной —
Мы прошли, но знаю: это ты.

Люблю я дождь и небо под дождём,
Когда оно склоняется над нами.
Мы в тишине по улице идём,
Увенчанные серыми зонтами.

Пусть капли светят ярче хрусталя,
Смывая с сердца старые тревоги,
И мокрой лентой стелется земля,
Впитав шаги извилистой дороги.

В воде всегда покой и чистота,
Она смывает горести и раны.
И оживает прежняя мечта,
Сквозь плотные и влажные туманы.

Пусть небо плачет — в этом нет беды,
В его слезах я вижу обновленье.
И в шёпоте бегущей к нам воды
Ловлю души забытое волненье.

Русские люди ковались из стали
В горне суровых и грозных веков.
В битвах за правду стеной все стояли,
Сбросив остатки позорных оков.

Дух закалён ледяными ветрами,
Волей, что крепче гранита и скал.
Слава о них над лесами, полями
Вечно звучит, как победный сигнал.

Сердце горячее, разум спокойный,
В бедах не дрогнет рука никогда.
Путь их великий — он честный, достойный,
Выстоят вместе жару, холода.

Нет такой силы, чтоб их сокрушила,
В этом народе единство живёт.
Сталь этой веры — великая сила,
Что их к вершинам заветным ведёт.

Мечтаю я в прошлое двери открыть,
Чтоб жизнь переделать иною,
Ошибки былые навек искупить,
С капризной не спорить судьбою.

Хочу телепорт, чтоб мгновенно взлететь
Туда, где тропа начиналась,
Чтоб в старые раны уже не смотреть
И горе в пути не встречалось.

Я б выбрал дорогу, где меньше камней,
Где солнце сияет яснее,
И сделал бы жизнь и добрей, и светлей,
И сердце своё — посильнее.

Но время течёт, как река, в один край,
И нет в нём обратного хода.
Я в нынешнем дне свой ищу светлый рай,
И истина в том — и свобода.

Дыхание древних и вольных ветров
Летит над седыми горами.
Оно среди скал и забытых миров
Колышет ковыль над камнями.

В нём слышится рокот минувших полков
И звон боевого металла.
Оно разрывает оковы веков,
Чтоб истина вновь засияла.

Тот ветер приносит из бездны времён
Забытые нами преданья.
И тот, кто однажды был в жизни влюблён,
Услышит его толкованья.

Смирись перед мощью незримых дорог,
Где пыль золотая кружится.
Лишь тот, кто душою и честен, и строг,
Той силы ветров не боится.

Любовь не терпит точных цифр,
В ней разум часто терпит крах.
Там скрыт заветный, тайный шифр
В простых и искренних словах.

Делю я радость на двоих,
Умножив нежность на года.
И в вычислениях своих
Не ошибусь я никогда.

Сложу я верность и мечты,
Отброшу горести и страх.
Итог один: лишь только ты
В моих стихах и в моих снах.

Когда нагрянет грусть нежданно
И станет на душе темно,
Когда судьба взглянёт туманно
В моё открытое окно,

Я подниму повыше руку,
Смотря на неба синий свет,
Забуду горе и разлуку,
И всем печалям дам ответ.

Её я опущу с размаху,
Сметя сомнений приговор,
Не дам паническому страху,
С собой затеять скучный спор.

Скажу себе: «Друг мой, прорвёмся!»
Пока в груди огонь горит,
Мы над бедою посмеёмся,
Ведь новый путь всегда открыт.

Обними меня светом своим,
Словно солнце ласкает вершины.
Мы на миг в тишине постоим,
Позабыв про земные низины.

Шёпот трав, золотистый рассвет,
Лёгкий вздох, что парит невесомо.
В этих красках живёт наш секрет,
Что душе лишь одной и знакомо.

Тихий рокот далёкой реки,
Свежий ветер, летящий по полю.
Всем запретам сбежим вопреки,
Обретём вновь желанную волю.

Пусть мгновенье застынет в тиши,
Словно капля росы на ладони.
В светлом храме усталой души
Смолкнут звуки далёкой погони.

Мы забудем про бег суеты,
Про холодные ветры разлуки.
Среди мирной, святой красоты
Я пожму твои добрые руки.

Когда-то казалось, мой путь бесконечен,
Что вечно я буду дышать и любить,
Что дух мой свободен, силён и беспечен,
И смерти не в силах его сокрушить.

Но годы летели, как быстрые птицы,
И небо померкло в холодной тени.
Я видел, как гаснут знакомые лица
И как догорают последние дни.

Гляжу на закат, что за лесом пылает,
Душа обретает желанный покой.
И сердце былое уже не терзает,
Теперь я стою у черты роковой.

Пусть память хранит золотые мгновенья,
Где юность сияла, как ясный рассвет.
Сегодня мне их вспоминать – утешенье,
Оставили в сердце немеркнущий след.

Я приду, когда гаснут огни,
В старый дом, где меня позабыли,
Где в тиши одинокие дни
Всё былое песком заносили.

Не ищите улыбки в глазах,
Принесу лишь дыхание вьюги.
Всё, что скрыто в былых небесах,
Не поймут ни враги, ни подруги.

Пусть не ждали — я здесь, как туман,
Что спустился с холодной вершины.
Жизнь моя — лишь красивый обман
Посреди бесконечной равнины.

Оранжевый свет расплескался в окне,
Проснулось затихшее поле.
И кажется мне в золотой тишине,
Что нет ни печали, ни боли.

Туман уплывает, как призрачный дым,
Под небом горячим и ясным.
И мир предстаёт совершенно иным —
Простым, молодым и прекрасным.

Луч солнца коснулся холодной стены,
Раскрасил и горы, и воды.
Мы в этот рассвет навсегда влюблены,
Как в вечный подарок природы.

Пусть день принесёт и заботы, и труд,
Но в памяти сердце оставит,
Как искры огня на востоке встают
И солнце величие славят.

Когда царит палящий зной,
Когда душа горит огнём,
Я нахожу приют земной
В саду тенистом и густом.

Здесь изумрудная листва
Сплелась над светлой головой,
И шепчет тихие слова
Ручей, бегущий под травой.

В тени берёз и старых ив
Затихнет ропот и печаль.
Я здесь спокоен и ленив,
Глядя в синеющую даль.

Когда не нужно лишних слов,
И всё понятно без признаний,
Спадает тягостный покров
С былых обид и ожиданий.

Пусть мир шумит за той стеной,
Где люди спорят о напрасном.
Мы дышим общей тишиной
О самом главном и прекрасном.

Там, где цветут сады иные,
Где нет ни горя, ни тревог,
Прозрачные ручьи живые
У тихих и святых дорог.

Там вечный май, и небо ясно,
Не знает тени чистый лик.
Всё первозданно и прекрасно,
И светел каждый краткий миг.

Мы были изгнаны из рая,
Нам суждено в пыли бродить,
О милом крае вспоминая,
И лишь во сне его любить.

Эдем далёкий, недоступный,
Ты в сердце теплишься порой,
Как сказки шёпот, тайный, трубный,
Манящий в мир совсем иной.

Когда луна взойдёт над садом
И дом затихнет в полумгле,
Я провожу лукавым взглядом,
Считая звёзды на стекле.

Меня влечёт магнит незримый
Туда, где холод и покой.
Я, жаждой тайною томимый,
Открою дверь своей рукой.

Там, в белом свете, как в тумане,
Лежит заветная еда.
Мой холодильник, я в обмане,
Забыл про долг и стыд тогда.

Кусок колбаски, хлеб душистый
И сыра жёлтого края...
Мой план, коварный и нечистый,
Свершился в тишине, друзья.

Пусть совесть шепчет мне укоры,
Пока я ем в ночной тиши.
Прекрасны всё-таки дожоры
Для неприкаянной души.

Летит вперёд шальная тройка,
Снега взрывая на пути.
Ямщик поёт о чём-то горько,
Про тайны, что живут в груди.

А ветер злится, завывает,
Стирая прошлого следы.
И сердце снова замирает
От быстрой и лихой езды.

В том беге — сила и забвенье,
И русской воли дикий крик.
Остановись, моё мгновенье,
Хотя бы на короткий миг!

А надо ли снова стучаться в сердца,
Где холод и лёд вековой?
Идти по дороге своей до конца,
Теряя душевный покой?

А надо ли верить в пустые слова,
Что ветер уносит в поля?
Когда от обмана болит голова
И зыбкой зовётся земля.

Зачем нам гоняться за призраком дня,
Сжигая остатки огня?
Никто не согреет в пути вновь меня,
Никто не услышит меня.

Быть может, затихнуть и просто смотреть,
Как гаснет закат за горой?
Чем в пламени страсти напрасно сгореть,
Гонясь за большою игрой.

Отпустить — ведь не значит забыть,
Надо дать волю встречному ветру.
Тонкой болью порвать эту нить,
И уйти по размытому следу.

Я не буду тебя звать назад,
Пусть свобода сияет над нами.
Но в душе мой заброшенный сад
Всё цветёт лишь твоими мечтами.

Можно двери закрыть на засов
И сжечь письма в камине холодном.
Но не выгнать из памяти слов,
Что звучат в этом мире свободном.

Ты останешься тайной моей,
Тихим светом в полночном тумане.
Среди долгих и пасмурных дней
В самом сердце, как шрам на изъяне.

В кармане лежит мой билет в никуда,
И поезд уходит в туман.
Меня не пугает ночная звезда
И прошлой надежды обман.

Я бросил свой дом и привычный уют,
Где стены дышали тоской.
Туда, где меня никогда не найдут,
Уеду за вечной мечтой.

Пусть рельсы поют о широких степях,
Стуча в тишине роковой.
Я вижу лишь пепел на старых путях
Да и небо над головой.

Не нужно прощаний и лишних речей,
Я сам выбрал этот финал.
Среди бесконечных и темных ночей
Я путь свой теперь отыскал.

Возвратится по кругу всё кратно,
Что посеял — то должен пожать.
Не воротишь былое обратно,
И от рока нельзя убежать.

Если зло ты пустил по дороге,
То оно постучится в твой дом.
Будешь ждать на холодном пороге,
Забываясь в бреду роковом.

Но и свет, что дарил ты когда-то,
Возвратится стократным теплом.
Жизнь за всё предъявляет нам плату,
Наполняя наш кубок добром.

Не кляни же судьбу и мгновенья,
В этом мире случайности нет.
Каждый жест и твои помышленья
Оставляют на вечности след.

Смываю пыль былых обид,
Что камнем на душу легла.
Пусть сердце больше не болит,
И канет в бездну тень и мгла.

Я долго нёс печальный груз,
Скитаясь в мире без огня.
Но разорвал кольцо из уз,
Что в клетке мучило меня.

Теперь дышу я тишиной,
Гляжу на чистый небосвод.
И мир, умытый пеленой,
Меня к спокойствию зовёт.

Нет больше горечи в груди,
Лишь лёгкий трепет и покой.
Всё то, что было позади,
Ушло холодною рекой.

Твой взор туманный и глубокий
Меня лишает воли вновь.
Как будто жребий одинокий
В тебе нашёл свою любовь.

Ты чародейка, в мягком слове
Таишь опасный яд и свет.
И в каждом жесте, в каждом взоре
Звучит таинственный ответ.

Твои слова — как звон гитары,
Твои глаза — как два огня.
Какие колдовские чары
Свели с ума опять меня?

Я раб твой, я в твоей надежде,
И не ищу себе пути.
Такой, как ты, не видел прежде,
И мимо сердцу не пройти.

Шальная, гордая, живая,
Летишь навстречу всем ветрам.
Земных оков совсем не зная,
Чужая скучным берегам.

В твоих глазах — огонь и воля,
В твоих речах — морской прибой.
Тебе не нужно лучшей доли,
Чем быть всегда самой собой.

Пусть мир грозит тебе бедою,
Ты не склонишь своей главы.
Идёшь дорогой непростою
Среди увянувшей травы.

Свобода — крест твой и награда,
Твой дикий бег не укротить.
Тебе другой судьбы не надо,
Чем просто вольной птицей жить.

Я не ищу в себе спасенья,
Во мне лишь бури и грехи.
Но ты — небес благословенье,
Мои печальные стихи.

В тебе нет тени, нет изъяна,
Чисты прекрасные черты.
Среди житейского тумана
Одна лишь идеальна ты.

Я грешный странник в этом мире,
Ищу покой в твоих глазах.
Как звук струны на старой лире,
Твой образ светит в небесах.

Пусть я далёк от совершенства,
И дух мой полон пустоты,
Но видеть блеск твой — верх блаженства,
Ведь идеал земной лишь ты.

Где горы спят в тени лесов,
И пруд зеркальный тихо дремлет,
Там край старинных мастеров
Молитвам тихим горно внемлет.

Сысерть родная, твой покой
Хранят заводы и плотины.
Здесь над притихшею рекой
Встают туманные картины.

Тут Бажов сказы собирал
О медной деве и о кладе.
И каждый камень здесь скрывал
Мечту о вечном звездопаде.

Пусть время мчится, как стрела,
Но дух Урала не остынет.
Сысерть, ты в сердце расцвела,
И этот свет нас не покинет.

В полночный час, когда земля молчит,
И гаснет шум народного раздора,
Вселенной голос в небесах звучит,
Доступный лишь для пламенного взора.

Он в шёпоте далёких ярких звёзд,
В движенье туч и в холоде эфира.
Он строит к нам невидимый свой мост
Из тайных недр неведомого мира.

И каждый луч – послание извне,
Которое трепещет в сердце нашем,
В гармонии, что шепчет в тишине,
И делает мгновенье только краше.

Смири свой дух и гордость затаи,
Прислушайся к великому дыханью.
Там все мечты и все грехи твои —
Лишь капля в море вечного сознанья.

Я житель снов твоих глубоких,
Я гость полночной тишины.
Среди миров иных, далёких,
Тебе мои черты видны.

Когда весь мир земной затихнет
И свет погаснет за окном,
Мой образ снова ярко вспыхнет,
Тобой забытый мой фантом.

Пройдусь незримой, тихой тенью,
Дыханьем ветра по щеке.
Подвластный твоему веленью,
Как лодка в сказочной реке.

Не бойся призрака ночного,
Я не нарушу твой покой.
Я жду лишь взгляда дорогого,
Чтоб вечно быть вдвоём с тобой.

Под небом холодным и синим,
Где ветер гуляет в степи,
Бредёт он, гонимый и сирый,
Не зная покоя в пути.

Ни крова, ни тёплого дома,
Лишь посох в усталой руке.
Дорога ему так знакома,
Да тусклый огонь вдалеке.

Лишь звёзды над степью сияют,
Как искры угасших надежд.
А годы его засыпают
Лохмотьями старых одежд.

Прошу, не гаси ты меня,
Оставь хоть немного тепла.
В лучах уходящего дня
Надежда ещё не ушла.

Пусть теплится малый огонь,
Как искра в полночной тиши.
Прошу, лишь ладонью не тронь
Дрожащее пламя души.

Я буду светить сквозь туман,
Пока не иссякнут года.
Любовь — это наш талисман,
Пусть светит она нам всегда.

Расцвели каштаны под окном,
Белые зажглись на ветках свечи,
Наполняя нежным полотном
Этот тихий и весенний вечер.

Смотрит май в открытое окно,
Дарит мне покой и обновленье.
Всё, что было грустно и давно,
Улетает в это же мгновенье.

Пусть каштан сияет чистотой,
Разгоняя тени и сомненья.
Мир укрыт небесной красотой
В этот краткий миг благословенья.

Закат погас за дальним лесом,
В селе зажглись огни в окне.
И под ночным немым навесом
Тальянка плачет в тишине.

То запоёт о воле чистой,
То вдруг заноет про любовь.
И звук её, живой и быстрый,
Тревожит сердце, как и кровь.

В тех звуках — горечь и отрада,
Всей русской жизни глубина.
Другой мне музыки не надо,
Когда в душе поёт она.

Играй, тальянка, пой о доле,
Развей туман былых обид.
Пусть в этом звоне, в чистом поле
Печаль нечаянно сгорит.

Когда во мгле душа блуждает
И гаснут в небе маяки,
Меня надежда согревает
Касаньем ласковой руки.

Моя звезда в степи полночной
Горит яснее всех планет.
С ней путь мой верный, путь мой точный,
В ней нахожу я свой ответ.

Пусть ветер злой всё тучи кружит,
Пытаясь скрыть её черты,
Она мне преданно так служит,
Сияет с гордой высоты.

Не нужно карт, не нужно споров,
Пока ведёт меня она
Сквозь шум пустых и злых раздоров
Туда, где радость и весна.

В полночный час над бездной сонной,
Где гаснет мир в немой тени,
Горит в короне небосклонной
Огонь, что светится вдали.

Там Козерог тропой скалистой
Спешит к вершинам вечных гор.
Его венец, холодный, чистый,
Пронзает млечный наш простор.

Он не боится бурь и хлада,
Ему неведом страх земной.
Душе — высокая награда —
Найти в трудах свой путь домой.

Пусть путь тернист и круты склоны,
Но светит звёздная печать.
Судьбы суровой все законы
Он призван гордо принимать.

Под нами пенится река,
Возводят судьбы берега.
Но тянется через века
Словами верная строка.

Слова как лёгкие мосты,
Над бездной строятся из грёз,
Чтоб я услышал, где же ты,
И голос твой ответ принёс.

Пусть время крутит свой черёд,
Стирая лица и года,
Но тот, кто верит и зовёт,
Найдёт причал свой навсегда.

И пусть разлука холодна,
Как лёд на дне глубоких вод,
Нас свяжет рифма лишь одна,
Что сквозь туманы проведёт.

Пусть ветер злится и поёт,
Ломая хрупкое жильё.
Лишь слово мостик возведёт,
Храня доверие твоё.

В душе ни звука, ни движенья,
Лишь холод серый и пустой.
Исчезли дивные виденья,
И мир окутан немотой.

Как дом заброшенный и старый,
Где не горит в печи огонь,
Где после жизненных пожаров
Лишь пепел падает в ладонь.

Ни слёз, ни радости, ни боли,
Остыл былой, безумный пыл.
Всё стало чуждым в этой доле,
Как будто старый дом остыл.

[Куплет 1]
Среди сотен снежных дорог
Город пульсирует, как огонёк.
Реки шумят, мосты зовут,
Новосибирск, ты — мой уют.
Трамваи мчатся, искрят провода,
Где-то в тайге начинается заря.
Научный свет, мечты летят,
Новосибирск, ты мне как брат.

[Припев]
Новосибирск — мой вечный дом,
Ты в сердце светишь, горишь огнём.
Твой дух сильнее любых преград,
Новосибирск, ты — мой заряд.

[Куплет 2]
На Ленина свет фонарей горит,
Сибирский ветер в лицо летит.
В науку — жизнь, в мечту — вперёд,
Новосибирск, ты — мой полёт.
Здесь люди крепкие, душой горячи,
Они как звёзды в ночной тиши.
Сквозь метели, снега и лёд,
Новосибирск всегда зовёт.

[Припев]
Новосибирск — мой вечный дом,
Ты в сердце светишь, горишь огнём.
Твой дух сильнее любых преград,
Новосибирск, ты — мой заряд.

[Припев]
Новосибирск — мой вечный дом,
Ты в сердце светишь, горишь огнём.
Твой дух сильнее любых преград,
Новосибирск, ты — мой заряд.

[Припев]
Новосибирск — мой вечный дом,
Ты в сердце светишь, горишь огнём.
Твой дух сильнее любых преград,
Новосибирск, ты — мой заряд.

Листаю ленту в тишине,
Мелькают тени, лица, звуки.
Как будто в странном, зыбком сне
Я прогоняю час разлуки.

Один сюжет, другой финал,
Мир суетится на ладони.
Я в этом море слов пропал,
Как в бесконечной, злой погоне.

Там смех и слёзы — всё на миг,
Всё ярко, быстро и неважно.
И чей-то радостный двойник
Глядит в экран мой так отважно.

Но гаснет свет, и пустота
Опять смыкается над нами.
Лишь за стеклом горит черта
Между мечтой и именами.

Не омрачай мою ты память,
Оставь мне чистый, нежный лик.
Зачем былое больно ранить?
Ведь счастья миг так был велик.

Пусть в мыслях ты осталась прежней,
Как вешний сад в лучах зари,
С улыбкой доброй и безбрежной,
Сияньем чистым изнутри.

Мы разошлись, и тени скрылись,
Но в сердце теплится покой.
Хочу, чтоб мы во сне приснились
Друг другу в радости былой.

А ты ли та, с кем я рассветы
Встречать хотел в тиши полей?
Кому дарил свои сонеты
В тени раскидистых ветвей?

Твой взор знаком, но в нём прохлада,
И голос твой звучит чужим.
И был ли я тебе отрада,
А может, призраком томим?

Прошли года, остыло пламя,
Мечта растаяла, как дым.
Лишь памяти былое знамя
Над сердцем веет молодым.

Откуда эта грусть взялась?
Не знаю сам, о чём жалею.
Нить радости оборвалась,
И перед новым днём робею.

Ни горя нет, ни горьких слёз,
Лишь пустота в груди застыла.
Как будто ветер вдаль унёс
Всё то, что сердцу было мило.

Печаль без имени и слов
Легла на плечи тяжким грузом.
Среди забытых вещих снов
Мешает новым быть союзам.

Лесная моя деревенька,
Забытая в чаще лесов.
Ведёт к ней кривая тропинка
Из давних, минувших веков.

Там избы стоят вековые,
Дымок вьётся в синюю высь.
Поля там лежат золотые,
Где ветви берёзы сплелись.

Там тишь, и покой, и отрада,
Там солнечный свет так богат.
И большего счастья не надо,
Чем слышать, как листья шуршат.

Как ветер слегка обнимает,
Неся ароматы травы.
Душа там легко расцветает,
От плена житейской молвы.

Люблю я покой этот милый,
Где шепчет о чём-то листва.
Там черпаю новые силы
И верю в простые слова.

Я не упал — я оступился,
На миг замедлил свой поход.
В пыли дорожной не забылся,
Смотрю всё так же в небосвод.

Пусть кто-то радуется ложно,
Мой дух ещё не побеждён.
Идти по жизни очень сложно,
Но я для битвы был рождён.

Смахну я пыль, расправлю плечи,
Пойду уверенно вперёд.
Зажгу в душе былые свечи,
Меня удача снова ждёт.

Прощай, мой добрый гений света,
Окончен наш святой союз.
Не ждёт унылый дом поэта
Твоих небесных, чистых уз.

Ты прилетала в час полночный,
Дарила песни и мечты.
Но гаснет пламень непорочный,
Где в тишине уходишь ты.

Оставлю лиру на пороге,
Пусть отдохнёт седой певец.
В моей душе, в моей тревоге
Нашёл я горестный конец.

Не страшен гром небесных сил,
Ни гнев людей, ни злые речи,
Когда себя ты осудил —
В тот час и гаснут твои свечи.

Но если совесть, как палач,
Тебе зачитывает дело,
Тогда напрасен горький плач:
Душа сама казнит и тело.

Ты сам себе и прокурор,
И сам себе судья суровый.
Когда выносишь приговор,
Ты сам куёшь свои оковы.

Нет искупленья в той тюрьме,
Где стены — память и сомненье.
Когда погасишь свет в уме,
Создашь иное преступленье.

В тишине, под иконой старинной,
Попрошу я у Бога несмело:
В этой жизни, тревожной и длинной,
Дай мне сил, чтоб душа не черствела.

Дай возможность зажечься рассвету.
С лучом первым, от сна пробуждая,
Приведи меня к ясному свету,
Путь спасенья впотьмах открывая.

Оборвутся когда дни земные,
Ты один мне укажешь дорогу.
Сквозь туманы и бури ночные
Я доверюсь единому Богу.

Любовь и дружба — дар небесный,
Не всем дано его хранить.
Порой мгновенье, луч прелестный,
Нам душу может исцелить.

Но в час, когда приходит вьюга,
И сердце стынет от невзгод,
Когда нужна поддержка друга,
Где якорь, что удержит плот?

Святой союз души и воли
Даётся избранным сердцам.
Вкусить и радости, и боли
Позволено лишь мудрецам.

Всегда сперва себя цени,
Свой мир и сердца тишину.
В потоке дней и в их тени
Не предавай себя прошу.

Когда в душе покой найдёшь,
Тогда и в людях будет прок.
Ведь в тихом сердце ты поймёшь,
Кто друг, кто враг, кто лишь игрок.

Спокойствие – маяк внутри,
Рассеет суету и страх.
Увидишь мир, где нет игры,
Где искренность в простых словах.

Кто хочет хлеб с тобой делить,
Того и ты в ответ встречай.
Но чтоб других уметь любить,
Себя сперва не потеряй.

Между мной и тобой — миры,
Непроглядная мгла и дали.
Словно правила злой игры
Заранее всё предсказали.

Я тянусь к тебе сквозь года,
Но преграда стоит стеною.
Далёкая в небе звезда
Не встретится больше со мною.

В сиянии вечных планет,
Где сливаются наши тени,
Найду твой затерянный след
Вне пространства всяких сомнений.

Не грусти, мой друг, прорвёмся,
Нам ли горевать сейчас?
Мы ещё не раз побьёмся,
Пробил наш заветный час.

Пусть гроза над нами кружит,
Ветер бьёт в лицо сильней,
Крепкий дух нам верно служит
В блеске будущих огней.

Выше знамя, шаг смелее,
Впереди — удачи свет.
Станет на душе теплее
От заслуженных побед!

Не врывайся туда, где не ждут,
Где сердца холодны, как гранит.
Там напрасен твой искренний труд,
Там душа лишь обиду хранит.

Не просись ты туда, где не зван,
Не ищи благосклонных речей.
Это только пустой океан
И мерцанье чужих фонарей.

Сохрани свой покой и мечту,
Не стремись никого заставлять.
Лучше встретить в пути пустоту,
Чем достоинство там потерять.

Я ждать готов тебя годами,
Пока горит в окне свеча,
За дальними семи горами,
О милой встрече трепеща.

Пусть дни сменяются ночами,
И гаснет в небесах звезда,
Я буду грезить лишь словами,
Что ты шептала мне тогда.

Пусть время всё вокруг стирает,
Но верность в сердце не умрёт,
Оно надежду сохраняет
И терпеливо встречи ждёт.

Когда в одно сплетутся руки,
И совесть будет в нас одна,
Замолкнут горести и муки,
Отступит лютая беда.

Пусть враг коварен и опасен,
Но дух народный не сломить.
Кто с верой общею согласен,
Того нельзя поработить.

В единстве наша мощь и слава,
В нём кован крепкий наш оплот.
Стоит великая держава,
Пока един её народ.

Судьбой единою хранимы,
Мы встанем вместе, как стена!
Мы вместе, мы непобедимы
На все века и времена!

Загрустил мой друг сердечный,
Опустила взор она.
В этой жизни скоротечной
Грусть-злодейка не нужна.

Что ты, дева, слёзы прячешь,
Склонив голову свою?
О какой потере плачешь
В этом солнечном краю?

Улыбнись, мой свет прекрасный,
Прогони из сердца тень.
Пусть сияет взор твой ясный,
Озаряя новый день.

Всё пройдёт: и боль, и тучи,
Снова радость к нам придёт.
Ты поверь, что жребий лучший
Впереди тебя лишь ждёт.

Смычок летал, душа горела,
Лилась мелодия рекой.
И скрипка дивно петь умела,
Даря и радость, и покой.

Но звук раздался очень резкий,
Как будто вскрикнула она.
В порыве страсти, в муке дерзкой
Оборвалась её струна.

Замолкло всё. В немом покое
Застыл в испуге старый зал.
И что-то близкое, родное
Скрипач как будто потерял.

Гудит и стонет город тесный,
Везде толпа и суета.
И в этой бездне повсеместной
Пропала мира чистота.

Шумят колёса по дорогам,
Спешит куда-то пешеход.
В своём стремлении убогом
Забыв про ясный небосвод.

Дома стоят стеной высокой,
Закрыв собою солнца свет.
И в этой жизни одинокой
Покоя сердцу больше нет.

Но средь камней и гула злого,
Где каждый звук как резкий бой,
Я жду мгновения иного,
Чтоб обрести в душе покой.

Ему за сорок, он один,
В глазах застыл холодный лёд.
Среди дорог, среди седин,
Он больше чуда не зовёт.

Не верь, что не был он в плену
Семейных уз и нежных слов.
Он просто знает ту цену,
Что платят люди за любовь.

В спине торчит незримый нож,
Оставлен близкою рукой.
Вокруг него лишь тень и ложь,
Навек утратил свой покой.

Он не боится быть один,
Он не бежит от тишины.
Он сам себе и господин,
И жертва давней той войны.

Теперь не верит он словам,
Его душа — холодный лёд.
Он не придёт к любви мольбам
И за собой не позовёт.

Когда в лесу затихнет ветер,
И солнце выйдет из-за туч,
Взойдет заря, рассвет, как светел,
Сияет каждый нежный луч.

И слышно, как в листве зелёной
Звенит живая песня птиц,
Как будто в мир, весной рождённый,
Слетает радость без границ.

Там соловей в тени ветвистой
Заводит песню о любви,
И голос звонкий и лучистый
Тревожит помыслы мои.

Влетает этот звук в дубраву,
Неся покой и тишину.
Поёт природа нам на славу,
Встречая новую весну.